— Хорошо. А вы?

— Для тебя это объект исследования, и ты с ним разотождествлен.

— Персонаж, погружаясь в сон, начинает искать свои цели, свой позитив. Исследователь, погружается в сон только, для того чтобы осознать еще нечто, чтобы стать более целостным. У исследователя уже нет той цели, какая есть у персонажа, — получить что-то так называемое «хорошее».

— Так. Замечательно.

— Поэтому начинаешь радоваться любым ситуациям, хотя для персонажа они ужасные.

— При этом негатива у меня более чем достаточно.

— Это и хорошо, потому что именно через негатив что-то видишь. Чем более сильные проживания, тем классный подарок осознания ты получаешь на выходе.

— Хорошо. Так почему же я, погружаясь в негатив, могу из него выйти?

— Потому что у тебя есть основное намерение — это видение персонажа как персонажа.

— Это самое основное, ради чего я вообще живу здесь.

— Самое основное это осознание себя тем, кто ты есть, и для этого использование любого опыта, проживаемого персонажем.

— Теперь сравните это с собой.

— Поскольку ты тоже входишь в сон, значит, ты постоянно помнишь, что вошел в сон. Получается, что ты постоянно помнишь, что ты не это. Помнишь, что ты не персонаж.

— Что значит, помню? Каким образом я помню это?

— Есть зрители.

— Наблюдаешь за всеми своими проявлениями — мыслями, чувствами и действиями.

— Как я могу наблюдать, войдя в сон? Я погружен в него. Значит, я делаю нечто, позволяющее мне постоянно поддерживать состояние осознания. Что я делаю?

— Это наблюдение за персонажем.

— Значит, я использую что-то, чтобы не потерять способность Осознания.

— Ты принимаешь любую сторону чего-либо.

— Я использую проговор. Я всегда проговариваю то состояние, в котором нахожусь. Я улавливаю это состояние и начинаю его проговаривать. Так я разотождествляюсь с ним. Я просто показал один из примеров, но их много. Я вхожу в негативные части самого себя и исследую их. Обычный спящий человек не хочет их ни видеть, ни слышать. Я же использую их для самосознания.