Этого было явно недостаточно, потому от официального обращения пришлось отказаться.

Проректорша чуток поорала на Дятлова, не сумевшего обеспечить нужное количество подписей, и приказала ему составить послание от имени студентов, возмущенных «красно-коричневой пропагандой» и «антисемитизмом», якобы процветающими на факультете.

Антисемитизм был сильным и беспроигрышным ходом.

Особенно в свете того, что за прошедший год декан настоял на увольнении двух сотрудников кафедры современной истории России, имевших еврейские фамилии. То, что один был уволен за непрекращающееся пьянство, а другого поймали на попытке получения взятки и он находился под следствием, никого не волновало.

Понятие «антисемитизм» универсально, с ним можно работать при любых обстоятельствах.

Даже если у «жертвы» иудейская кровь присутствует лишь у неродного прапрадедушки по материнской линии или ее нет вообще. Важно заявить о преследовании по национальному признаку. Вставать на защиту обвиненного в антисемитизме никто не будет, дабы не прослыть юдофобом и апологетом воззрений гражданина Шикльгрубера.

Один раз декана уже пытались облить грязью по национальному вопросу, но тогда была неудачно выбрана национальность «жертвы». Студентка-юкагирка

Заранее подготовленная «общественность» во главе со Столпером-Кацем зашумела.

Но заявительница сама всё испортила, сделав в своем трехстраничном доносе на имя прокурора Санкт-Петербурга Ивана Сыдорчука сто восемьдесят девять грубых грамматических и сорок шесть синтаксических ошибок и требуя привлечь профессора за сексуальные домогательства согласно статье двести шестидесятой Уголовного кодекса России, которая на самом деле предусматривает ответственность за незаконную порубку деревьев и кустарников. Обалдевшие от авангардизма студентки истфака сотрудники городской прокуратуры мысленно согласились с приведенным в заявлении словосочетанием «чурка с глазами» и не стали затевать расследование, отправив юкагирке стандартную отписку-отказ.