— Район Меа-Шеарим?

— Да. Откуда ты знаешь? Хотя... — И Завадский снова бессильно махнул рукой.

— Ты беспричинно жестикулируешь, мой друг, успокойся, — притворно мягко посоветовал Хаким. — Докладывай, что тебе удалось узнать.

Завадский несколько секунд настраивался на ответ.

— В районе гибели «Хьюга» американцы развернули щит из трех кораблей. Провели несколько погружений со спасательного судна.

Хаким видел «Атлас» собственными глазами: яхта египетского миллионера прошла в полумиле от него. То было универсальное судно с американской военно-морской базы. Оно было способно проводить любые аварийно-спасательные работы — буксировку, снятие судов с мели, заделку пробоин, тушение пожаров, откачку воды, снятие людей с тонущих судов и даже спасение экипажей затонувших подлодок. Единственно, чего «Атлас» не мог, так это поднять груз со дна моря. Хотя глубина там порядка ста пятидесяти метров. Для этого нужен не универсальный корабль, а специальное судно. Плюс подробный и обоснованный план по поднятию.

— На американской базе есть такое судно? — спросил Камиль.

— Нет. Ты прав — сейчас американские военные разрабатывают программу по поднятию «Хьюга». В Бур-Сафагу идет специализированная баржа Epic.

— Гражданское судно?

— Да. Оно принадлежит управлению по подъему затонувших судов.

— Когда американцы планируют поднять «Хьюг»?

— Не раньше чем через полтора месяца. Водолазы поднимают мелкие обломки и свозят на базу. Там работает комиссия во главе с адмиралом Маккормиком. Он представляет в Израиле и Иордании военно-морскую разведку США.

— Да, я знаю.

«Я говорил об этом», — существенно поправил собеседника Завадский. Как и о многом другом. В частности, почему руководство «Амана» посвятило в секретную операцию именно его. Он представлял военную разведку Израиля в Москве, контактировал с российскими разведчиками, мог сопоставить разрозненные фразы, дать поэтапные заключения: в курсе ли российская сторона «сепаратных» переговоров США и Израиля в секретной миссии «Хьюга».