Хургада, Египет

Пьер Фини, имеющий итальянские корни, перебрался с семьей на родину — в Тулон аккурат на свой 45-летний юбилей и устроился на работу в научно-исследовательскую группу, занимающуюся изучением и решением проблем человека под водой; эта работа ему быстро надоела. Сейчас бывшему морскому пехотинцу сорок девять. Он невысокого роста, приземист, с широкими седыми бровями. Ищет сезонную работу.

Одетый в пеструю рубашку с короткими рукавами и синие потертые джинсы, Пьер стоял перед Камилем Хакимом и отвечал на его вопросы.

— Какую школу вы закончили?

— Школу подводного плавания в Сен-Мандире.

— Насколько я знаю, она имеет три отделения, — уточнил Камиль. Он сидел на роскошной оттоманке от Маартена Бааса. Через открытый иллюминатор в каюту проникал полуденный голос моря. Яхта миллионера дрейфовала в полумиле от Хургады. Французского моряка на борт доставил разъездной катер.

— Да, мсье, — кивнул Пьер. — Я выпускник отделения водолазов-минеров. Я обучался шесть месяцев, последние три недели в Бресте, где проходят тренировки в холодной воде. После двухмесячной стажировки проходил службу в составе кораблей минно-тральных сил. Участвовал в боевой операции в Суэцком заливе...

— Меня это не интересует, — прервал собеседника Хаким. — На какой наибольшей глубине вы работали?

— В легком снаряжении я опускался на двести метров и проводил на глубине до полутора часов. С французским аппаратом «Оксимикс».

— Итальянский «ARO» вам знаком?

— И очень даже хорошо.

— Садитесь.

— Отличный комбинированный аппарат, — похвалил Пьер, принимая приглашение. Он пристроил бейсболку на колене и продолжил: — С ним можно опуститься и на двести пятьдесят метров.