В моем случае это был более или менее пустой жест. Я практиковалась с религиозным фанатизмом, но на деле была беспомощно тормозной. Питала иррациональный страх к оружию, и большую часть времени держала свой маленький «Смит и Вессон» незаряженным, поэтому не могла случайно отстрелить себе пальцы на ноге. Лишь один раз я умудрилась кое-кого застрелить, но при этом так суетилась, что забыла вытащить пистолет из сумки, прежде чем нажать на курок. И очень не хотела повторить представление.

Рейнжер постучал снова, но этот раз громче.

– Агент по задержанию сбежавших из-под залога, - заорал он. – Откройте дверь.

Это вызвало отклик, дверь распахнулась, но не с помощью Джулии Кенетта или Кенни Манкузо, а Джо Морелли, детектива из полицейского департамента Трентона.

С минуту мы молча, с удивлением таращились друг на друга.

- Это твой грузовик на подъездной дороге? – наконец, спросил Рейнжер у Морелли.

- Да, - ответил Морелли. – Только что добыл.

Рейнжер кивнул.

– Клевая тачка.

Мы с Морелли оба из Бурга, места обитания «синих воротничков», где дисфункциональных пьяниц еще называют лодырями, и славяне ходят менять масло только к Джиффи Льюбу. У Морелли длинный список прегрешений против моей наивности. Недавно представился благоприятный случай сравнять счет, и сейчас у нас настал период переоценки, каждый из нас не стеснялся в средствах для достижения цели.

Джулия выглядывала из-за спины Морелли.

- И что случилось? – обратилась я к Джулии. – Я-то думала, что предположительно Кенни притормозит здесь этой ночью.

- Да, верно, - подтвердила она. – Похоже, он всегда делает, что говорит.

- Он звонил?

- Ничего. Никаких звонков. Ничего. Он, наверно, с Дениз Барколовски. Почему бы вам не постучать в ее дурацкую дверь?

Рейнжер стойко держался, но я-то знал, что в душе он корчится от смеха.

– Я сваливаю, - сказал он. – Не хочу быть втянутым в эти бытовые разборки.