Он усмехнулся.

– Лучше будь хорошей девочкой. И я, может, подарю тебе билет на гонки без правил.

Я вытянула телефон из сумки и позвонила Элу в мастерскую. Эл и Рейнжер были приятелями. Днем Эл вел законный бизнес. Полагаю, ночью он разбирал на части украденные машины. Но это не мое дело. Я только хотела, чтобы он поставил на место мой перед.

Часом позже я была уже в пути. Не было смысла гоняться за Кенни Манкузо. Он уже был далеко. Я заглянула в первый попавшийся магазин, купила пинту засоряющего артерии кофейного мороженого и направилась домой.

Жила я в трехэтажном кирпичном доме в паре миль от родителей. Парадная дверь дома открывалась на оживленную улицу, наполненную маленькими магазинчиками, а с задней стороны здание соседствовало с опрятными одноэтажными семейными бунгало.

Моя квартира располагалась с задней стороны дома на втором этаже с видом на парковку. У меня была спальня, одна ванна, маленькая кухня и гостиная, совмещенная с обеденной зоной. Ванна как будто пришла из общества «Партидж Фэмели», и, вследствие временной финансовой напряженки, мою мебель можно было описать как эклектичную – выдумка для снобов, чтобы оправдать полнейшее несовпадение.

Выйдя из лифта, я обнаружила на своем этаже миссис Бестлер с третьего этажа. Миссис Бестлер было восемьдесят три года, и она плохо спала ночью, поэтому гуляла по этажам в качестве разминки.

- Здравствуйте, миссис Бестлер. – поздоровалась я. – Как дела?

- Не на что пожаловаться. Похоже, ты была ночью на работе. Поймала какого-нибудь преступника?

- Нет. Только не сегодня.

- Какая жалость.

- Всегда есть завтра, - обнадежила я, открывая дверь и проскальзывая внутрь.

Мой хомячок Рекс так бегал по колесу, что его лапки сливались в неясное размытое розовое пятно. Я постучала по стеклу в знак приветствия, заставив его сделать моментальную паузу, усики его задергались, сияющие черные глазки настороженно округлились.