Тут что-то не так..." Шифровальщик принес радиограмму, адресованную Сечину. Командир "Мятежного" сообщал, что при подходе к району стрельб в нейтральных водах опять появилась подводная лодка. Испытания снова отменены. Эскадренный миноносец возвращается в базу. Сечин пытался разобраться во всем происшедшем. Дело усложнялось. Предположение о том, что Луковоз узнает время выхода корабля через Наташу Дунаеву, отпадало. Но фотограф вел себя странно. Почему именно во время выхода "Мятежного" в море в его доме меркнет свет? Значит, падает напряжение; значит, как раз в это время кому-то нужно много электроэнергии. А зачем? Может быть, тут какая-нибудь хитрость? Во всяком случае кто-то снова узнал о выходе "Мятежного" и сообщил об этом на лодку. Это мог сделать Луковоз, могла сделать женщина с инициалами П. Г. - Плохо, старший лейтенант, - сердито сказал Сечин дежурному. - Прохлопали чужака ваши отменные слухачи. - Этого не может быть, - твердо ответил дежурный. - К сожалению, это так. И самое обидное - передатчик работал где-то поблизости. Щеки старшего лейтенанта побагровели. - Нет, - повторил он, - не может быть. На сто километров вокруг не работал ни один чужой передатчик. - Вы в этом убеждены? - Уверенность старшего лейтенанта нравилась майору. За долгие годы работы он привык, что иногда дело оборачивается самым неожиданным образом. Может быть, лодка получила сведения без помощи радио. Но как? Есть ли связь между тем, что падает напряжение в доме Луковоза, и выходом эскадренного миноносца? Пока перед Иваном Ивановичем стояли только вопросы, и на каждый из них надо было найти ответ. - Значит, убеждены? - повторил он. - Абсолютно. Еще раз подтверждаю - во время моей вахты чужой работы в эфире не было. - Хорошо. Сечин вел машину по темным, уснувшим улицам города и рассуждал сам с собой: "Задержать Луковоза нельзя. Нет доказательств. Надо в целом ворохе случайностей, как в спутанном клубке ниток, найти конец - случай, который по неумолимым законам логики потащит за собой цепь событий".