На фотографиях был запечатлен в различных ракурсах полураздетый труп молодого человека со следами зверских пыток на теле, вываленным наружу языком и туго закрученным вокруг шеи электрическим проводом.

– Хотите предъявить Семенову в целях устрашения? – догадался я.

– Точно, – подтвердил Рябов, забирая назад пачку и аккуратно раскладывая снимки в центре стола. – Возьми с собой кофе, пепельницу да посиди в уголке, покури, – велел он мне. – Пора пообщаться с нашим нетерпеливым гостем…

Валентин Михайлович Семенов оказался упитанным, приземистым мужчиной лет сорока пяти, с отвислыми щеками, вздернутым носом и модельной стрижкой на голове. Запущенный наконец в кабинет, он здорово напоминал огромного, рассерженного колобка.

– Это просто неслыханно, возмутительно! – с порога начал предприниматель. – Ваши люди подлавливают меня около офиса и чуть ли не силком привозят сюда! А потом вы заставляете ждать в приемной более двадцати минут! А у меня, к вашему сведению, день расписан по секундам. Да, да, именно по се-кун-дам! В следующий раз будьте любезны вызывать повесткой! На конкретное время, согласованное с моим адвокатом. На дворе не тридцать седьмой год и… – Тут Валентин Михайлович заметил фотографии с трупом журналиста и мигом осекся, побледнел.

– Узнали старого знакомого? – вкрадчиво осведомился полковник.

– Уз-з-з-знал! – заикаясь, выдавил бизнесмен. – Л-леша С-соломкин. Из-з г-газеты «Н-ские н-новости». К-кто его т-так?! За ч-ч-что?!

– Вы оплатили статью, разоблачающую некоторые грязные делишки Бориса Одеждина, – спокойно сказал Рябов. – Однако сей господин гораздо опаснее, нежели вы предполагали… В результате – парня похитили, жестоко пытали, потом задушили и утопили в загородном пруду. Почитайте заключение экспертизы!

Семенов неуверенно взял листок с текстом. Руки у него заметно дрожали.