«Кто же точно снабдил Запад засекреченным текстом доклада о “культе личности Сталина” на ХХ съезде КПСС? Неужели эта утечка — плод любовной интрижки?

25 февраля 1956 года. Последний, 11-й день XX-го съезда. Ещё 3 часа работы — и все 1200 делегатов разъедутся по домам. Но Хрущёв просит иностранных гостей и прессу покинуть зал. Объявляется получасовой перерыв. Спустя 30 минут он выйдет на трибуну, и сначала откровенно волнуясь, но все резче и все смелее прочитает свой знаменитый доклад о культе личности Сталина — доклад, спустя некоторое время ставший границей между эпохами. Но тогда лишь смутные слухи просочились за стены Колонного зала Дома Союзов.

“Мы слышали в Польше, что американцы дают полтора миллиона долларов за доклад Хрущёва на XX-м съезде. Все разведки мира стараются его получить и не могут достать”, — рассказывает Виктор Граевский.

Молодой и успешный польский журналист Граевский — в те дни главный редактор отдела СССР в Варшаве — праздно мечтал со своими приятелями о том, как они потратят полуторамиллионный гонорар ЦРУ, если именно им удастся найти и переправить за океан засекреченный текст таинственного доклада. Для Граевского это была только шутка.

Он и представления не имел, какую шутку готовит ему судьба. “У меня была подруга, которая работала в Центральном Комитете партии”, — говорит Граевский. Подругу звали Люция Барановская, старший референт тогдашнего генсека Польской объединенной рабочей партии. И потому Граевского пускали в партийную святая святых ЦК как своего.

Он просто зашёл договориться о свидании и случайно увидел на её столе красную брошюру на русском языке с грифом «Совершенно секретно». Это был личный экземпляр доклада польского генсека Эдварда Охаба. Люция, понятия не имевшая, что это за книжка, дала её на пару часов любопытному другу

“Я взял, пошёл домой, начал читать. Вы можете себе представить, что со мной происходило. Сталин — отец народов, великий учитель, солнце и вдруг просто разбойник, которого история не знала. И когда я кончил читать, я чувствовал, что у меня атомная бомба в руках. Я хотел бежать обратно и отдать. Но вдруг начал думать. Я знал, что все ищут, все хотят знать, что Хрущёв сказал. Я мог идти к американцам и получить 1,5 млн долларов, но я решил пойти в израильское посольство”, — рассказывает израильский журналист.