Вам, читатель, понятна ситуация? А теперь представьте, как бы вы поступили, оказавшись на месте посольского служащего в ранге военного атташе. Правильно, переслали бы полученное письмо в Вашингтон, в Лэнгли. Это их компетенция. Пусть тамошние стратеги разбираются и принимают решение. Так посланник и сделал.

В штаб-квартире ЦРУ к письму отнеслись скептически. «А не тот ли это парень, который мозолил нам глаза в Анкаре?» — припомнил один из разведчиков.

Выяснилось, что да, действительно это тот самый полковник из аппарата военного атташе при посольстве СССР в Турции, который в 56-м году на дипломатических приемах чуть ли не за руку тащил в дальний угол иностранных представителей и предлагал им секретную информацию. ЦРУ тогда наотрез отказалось с ним сотрудничать, заподозрив, что это «подстава» советских спецслужб. Настораживала настырность и отсутствие очевидных мотивов в поведении инициативника.

Выходит, не унялся полковник. Ну что ж, это его проблема. И на письмо накладывается резолюция: «В архив».

Два месяца Олег Пеньковский напрасно являлся по вторникам на указанное в письме место и ждал по воскресеньям телефонного звонка. Наконец пришел к неутешительному для себя заключению: «Не верят янки».

Но, как пел Владимир Высоцкий, «уж если я чего задумал, то выпью обязательно». Олег Пеньковский был из породы «упертых». Он стал с удвоенной энергией искать выходы на западные разведки. Вскоре для этого появилась благоприятная возможность.

Но прежде чем рассказать об этом, давайте посмотрим, что побуждало полковника Главного разведывательного управления Генерального штаба Советской Армии так настойчиво торить дорогу к предательству.