- Сегодня уезжаю, товарищ мичман, - напомнил Егор, давая тем самым понять, что можно было бы напоследок обойтись без лишних формальностей, не так строго.
- Уедете, в своё время, - ответил Пискарёв, - А покуда - завтракать,и добавил, немного помолчав, - ровно в десять ноль-ноль быть в кабинете у адмирала.
- Не знаете, зачем вызывают? - не утерпел Егор.
- Не знаю, он мне об этом не докладывал, - отрезал мичман и нахмурился. Он не любил, когда воспитанники задавали ему излишние вопросы, ибо с ревностной убеждённостью старого морского служаки полагал, что мысли, как и пути начальства, всегда неисповедимы...
- Есть в десять ноль-ноль быть в кабинете начальника училища! отчеканил Егор, лукаво и весело глядя на сурового мичмана.
- То-то, - смилостивился Иван Порфирьевич. - Сразу бы так. А то учишь вас, учишь - ну, никакой выдержки. Не маленькие, понимать должны: раз начальство требует - наберись терпения, не забегай попередь батьки в пекло.
- Ну, виноват, - окончательно сдался Егор.
- Так-то вот, - примирительно сказал мичман и подался за дверь, сокрушённо качая головой и что-то недовольно бормоча.
"Наверняка знает, - подумал Егор, - а ведь ни за что не скажет..." Впрочем, не составляло труда предположить, что адмирал Шестопалов перед расставанием, видимо, желает его напутствовать, а заодно поздравить со вчерашней победой. Было известно, что их адмирал, долгие годы командовавший нахимовцами, теперь назначен начальником Рижского высшего военно-морского училища.