-- Жаль, что не могу заказать себе сладкое.

Флетч ел клубничное пирожное с кремом.

-- Ты не выполнил моего указания, -- продолжала Клара. Флетч спокойно дожевывал пирожное. -- Я не разрешала тебе приезжать сюда. Во-первых, мы хотим, чтобы ты оставался на пляже, пока не закончишь статью. Во-вторых, тебя могли раскрыть. Тот, кто снабжает наркотиками Толстяка Сэма, мог следить за тобой. Если он видел, как ты садился в "альфа-ромео" или... как там называется твоя машина, чтобы поехать в "Ньюс-трибюн", можно считать тебя мертвым.

-- Хорошее пирожное. У меня "МG".

-- Что?

-- "МG".

-- Я не понимаю тебя.

-- Моя машина марка "МG".

-- Ясно. Тебя могут убить.

-- Сначала я привезу тебе статью.

-- Ты полагаешь, что можешь вернуться на пляж?

-- Безусловно.

-- С тобой ничего не случится?

-- Поедем вместе, и ты все узнаешь сама.

-- Нет уж, спасибо. Но вот о чем я подумала, Флетч. Надо связаться с местной полицией и сообщить, кто ты, чем занимаешься на пляже.

Флетч положил вилку не стол и бросил на Клару испепеляющий взгляд.

-- Если ты это сделаешь, Клара, то умрешь раньше меня. Это я тебе гарантирую.

-- Мы отвечаем за тебя, Флетчер.

-- Вот и отвечайте, черт бы вас побрал! Ты никому ничего не скажешь! Никому и ничего! О боже, ну зачем я согласился поговорить с тобой, ты же круглая идиотка!

-- Хорошо, Флетчер, успокойся. Люди смотрят.

-- Плевать мне на них.

-- Я не буду звонить в полицию... пока не буду.

-- Не только в полицию, вообще никому не звони. Если мне понадобится помощь, я найду к кому обратиться.

-- Хорошо, Флетчер. Хорошо, хорошо, хорошо!

-- Ты просто дура.

-- Теперь последний вопрос... твоя "Бронзовая звезда"

-- Что с ней?

-- В твое отсутствие редакцию осаждали не только орды склизких адвокатов, нанятых дюжиной твоих бывших жен. Звонили с военно-морской базы.