Она предполагает, что он ее попросту бросил. Это случилось неза­долго до его появления здесь, в Сан-Франциско. Доказатель­ства веские: ее в самом деле зовут Эдна Файф, и мои люди успели выяснить, что доктор Эстеп действительно занимался врачебной практикой в Филадельфии в те годы. Да, еще одно! Я уже говорил, что доктор Эстеп утверждал, будто родился и вырос в Паркерсберге. Так вот, я навел справки, но не нашел никаких следов этого человека. Более того, я обнаружил довольно убедительные свидетельства того, что он никогда в Паркерсберге не жил. А это означает, что он лгал своей жене. Таким образом, нам остается только предположить, что раз­говоры о якобы трудном детстве были просто отговоркой. Он хотел избежать неприятных вопросов.

— А вы успели выяснить, развелся ли доктор Эстеп со своей первой женой?

— Как раз сейчас я и пытаюсь это узнать, но, судя по всему, они так и не развелись. Все факты указывают на это. Иначе все было бы слишком просто. Ну а теперь вернемся к рассказу. Эта женщина — я имею в виду первую жену док­тора Эстепа — заявила, что лишь недавно узнала, где нахо­дится ее супруг, и приехала в надежде помириться. Он по­просил дать ему время подумать, взвесить все «за» и «против» и обещал дать ответ через два дня.

Сам я, переговорив с этой женщиной, сделал кое-какие выводы. Мне лично кажется, что она, узнав, что супруг успел сколотить капиталец, решила просто поживиться за его счет. Ей нужен был не он, а его деньги. Но это, конечно, мое субъективное мнение. Я могу и ошибаться.

Полиция сперва пришла к выводу, что доктор Эстеп по­кончил с собой. Но, после того как на горизонте появилась его первая жена, вторая жена, моя клиентка, была арестована по подозрению в убийстве супруга. Полиция представляет теперь дело следующим образом: после визита первой жены доктор Эстеп рассказал обо всем своей второй жене. Та поразмыс­лила и решила, что совместная жизнь была сплошным обма­ном, пришла в ярость, отправилась в кабинет мужа и убила его из револьвера, который, как она знала, всегда лежал в письменном столе.