Отсутствовала Эми Барнетт меньше получаса. Когда она появилась вновь, бледное, укоризненное лицо свидетельствовало: семейное примирение не состоялось. Она вежливо попрощалась с сопровождающим ее полицейским, после чего мы вышли из комнаты, спустились на лифте и шагнули под лучи весеннего флоридского солнца. До тех пор, пока мы не отъехали, она молчала. В Машине она распахнула аккуратно застегнутый пиджак своего фланелевого костюма и повернула к себе одну из трубок кондиционера.

- Останься я во Флориде, наверное, пришлось бы покупать одежду полегче.

- Но вы не останетесь?

- Нет. Я возвращаюсь в гостиницу и постараюсь заказать на завтра билет в Цинциннати. Сегодня уже слишком поздно, - Она бросила на меня несколько вызывающий взгляд. - Здесь мне незачем оставаться. Сегодняшний визит помог это понять.

- Он оказался в точности таким, как вы и предполагали? Никаких неожиданностей? Тот самый зловещий тип, о котором рассказывала вам мать?

- Не хочу об этом говорить.

- Вам не кажется, что он неплохо сохранился для своих лет? - поинтересовался я. - Симпатичный мужчина, со здоровым цветом лица. Плавание пошло ему на пользу. Или вы были так заняты перечислением материнских обид, что даже не посмотрели на него?

Девушка удивленно посмотрела на меня.

- Что вы хотите сказать, мистер Хелм?

- Проклятие, вы провели с ним целых двадцать минут. Почему я должен о чем-то вам говорить? Вы умная девушка и сами способны все разглядеть. Если пожелаете видеть. - Не дождавшись ее ответа, я спросил: - Где вы сидели?