Солдаты у костра вдруг зашевелились, переглядываясь и улыбаясь.

- Багратион! Милорадович! Раевский! Толь! - послышалось сразу несколько голосов.

- Стало быть, это друзья его светлости. А справа кто стоял?

- Беннигсен! - в один голос закричали солдаты, смеясь и подталкивая друг друга локтями.

- Этот рыжий немец Кутузова не любит. Он хотел на место Барклая сесть. Не вышло - станет и под Кутузова копаться... Как верно, братцы, дед говорит! - подтвердил взводный Иванов.

Ванюша вдруг захохотал, дрыгая ногами:

- Братцы, ха-ха-ха! Глядите на меня... Глядите, кто от меня направо сидит. Душкин Степан - друг и приятель. А слева - Корочкин; он, пес, у меня новые портянки стибрил.

- А ты открой правый глаз, а левый закрой, - посоветовал Федюхин.

Ванюша последовал совету капрала и перестал смеяться, зато во всю мочь расхохотались его товарищи: друг и недруг за спиной Ванюши перекатились и поменялись местами, и опять под зрячим правым глазом у Ванюши сидел как ни в чем не бывало недруг, а под прикрытым левым, посмеиваясь, - Душкин.

- Далеко тебе, парень, до Кутузова, - заключил чем-то недовольный Клычков.

Все посмотрели на Клычкова, не понимая, почему он сердится.

- Да мы, камрад Клычков, не над тобой, а над Ванюшкой смеемся. А про глаз ты верно, дед, сказал: ведь вот и вы все трое на параде по левую руку от Кутузова стояли - значит, вы тоже ему други, - польстил суворовским старикам взводный.

- Мы там встали, где нам приказали. А вышло, значит, верно. В приятели к его светлости не набиваемся, а велит в огонь идти - пойдем, в воду - в воду кинемся. Так нас Суворов учил. Так ли, камрады?