10 октября, четверг

Стажер дежурил в отделе: ему пока что не решились поручить самостоятельную задачу. А для Бурского и Шатева два дня промелькнули в беготне, в бесчисленных телефонных разговорах. На третий день настало время докладывать полковнику, и все трое явились к нему в кабинет.

– Ну, будем носиться как угорелые или пора признать себя побежденными? – начал Цветанов свои подковырки. – Что же, поверите, что Кандиларов улизнул в Турцию, и прекратите расследование? Поскольку, мол, искать пропавшего супруга уже не имеет смысла.

– Дело Кандиларова, товарищ полковник, не такое уж и простое, – огрызнулся Бурский.

– Разумеется, разумеется. Нашему брату проще получать денежки в день зарплаты… Несколько труднее предложить, к примеру, интересную версию.

– Хорошо, тогда выслушайте ее. Графологическая экспертиза установила, что на обеих открытках почерк один – Петко Кандиларова. Дактилоскопический анализ материала столь же категоричен: отпечатки пальцев на открытках – только Кандиларова и его жены. На первой, конечно, обнаружены и другие отпечатки: ведь она была послана без конверта.

Ага, намекаешь на то, что…

– Обойдемся без намеков. Традиционные графологические и дактилоскопические методы идентификации подтвердил электронно-вычислительный графоскоп. Экспертиза основывалась на достаточном исходном письменном материале, взятом из квартиры Кандиларова и из райсовета. Установлено также, что текст обеих открыток написан одной и той же авторучкой. Чернила западной марки «Бриллиантшварц», у нас в продаже таких нет: