В одном случае (N 6) около костей рук обнаружено несколько стеклянных и гешеровых бус, в изголовье — сделанный на круге горшок, сохранившийся только в нижней части. На дне клеймо — крест, вписанный в круг. Рядом с горшком лежали птичьи кости. В другом погребении (N 15) на месте, где мог быть горшок, — скопление угля. У скелета полностью отсутствуют кости пальцев правой руки и кости ног ниже колен, начиная от середины голени. Как и в предыдущем погребении, в очень плохой сохранности череп. В области таза обломок острия копья прижимал кусок дерева, прилипший к кости. Это, можно думать, фрагмент задней седельной луки, прибитой копьем. При скелете — истлевший железный нож у виска и железная бляха выше локтя. В обоих погребениях в изголовье лежали кости барана и пепел, след тризны.

Еще более примечателен третий костяк этого типа (N 20). Подобно прочим, он ориентирован на запад и вытянут в широтном направлении, но в изголовье стояли два горшка: красный с узким горлышком, венчик которого не сохранился, и тоже красноватый снаружи с закоптелой верхней частью, покрытой горизонтальными полосками, прочерченными в глине, и с клеймом на плоском дне. Клеймо изображало равноконечный крест, вписанный в круг. Скелет прикрыт толстым слоем дерева, по-видимому, щитом из связанных пластин, толщиной в 1,8–2 см. Щит покрывал голову и тело покойного, ноги же оставались без укрытия. Длина щита — 90 см, ширина — 42 см. Сохранность дерева и самого костяка очень плохая, так как сквозь него проросли корни. Кости обеих ног, начиная от середины голени, отсутствуют, а череп — раздавлен.

Пепел и угольки находились в верхнем слое в небольшом количестве, но их расположение дало возможность установить для всех погребений этого типа отсутствие обряда сожжения, даже неполного. Пепел лежит на твердом, сцементированном слое земли, перекрывавшем захоронение. Следовательно, он был остатком костра, на котором варили пищу для поминок, и мог просесть сквозь поры почвы, но обжига костей не было.