Восточнее по азимуту обнаружен скелет ребенка (длиной в 95 см) того же обряда захоронения (N 23). В изголовье стояли два сероглиняных горшка: один рифленый, высотой в 14 см, второй — с ручкой, украшенной волнистым и линейным орнаментом, высотой 14,5 см. Сохранились на месте ушей серьги в виде колец: левое — бронзовое, правое — железное. У правого бедра лежал железный наконечник стрелы, длиной 8 см, и фрагмент медной пластинки с прилипшей к ней тканью. Между горшками — жертвенная баранья кость.

Пятое погребение (N 29), раскопанное в 1962 г., ориентировано на север. Череп раздавлен, у изголовья скелет целого ягненка, голова которого была положена под левое плечо погребенного. У бедра железный нож, на животе поясная бляха. Кости ног и рук отсутствуют, в тазовой кости фрагмент железного ножа или наконечника копья.

Разведочными маршрутами 1962 г. удалось обнаружить ряд бугров, также служивших местом захоронений по описанному обряду. Однако они обнаружены не по всей дельте, а только в ее центральной части. На западе граница проходит по водоразделу между Камызяком и Старой Волгой. Здесь, на бугре Тутинском, около с. Увары обнаружены аналогичные захоронения гораздо худшей сохранности, чем на бугре Степана Разина. На востоке границей этой культуры является широкая долина Сумницы, а на севере бугры южнее Астрахани и Красного Яра содержат исключительно гузскую и татарскую керамику.

Керамика, обнаруженная нами в погребениях этого типа, имеет сходные черты с керамикой салтовской культуры VIII-Х веков и с дагестанской ленточной керамикой, связанной с Дербентской стеной, построенной в VI веке. Поэтому эти погребения можно датировать VI-Х веками и, следовательно, приписать хазарам, которые

только одни населяли дельту Волги в тот период. Ныне эта территория невелика, но когда море стояло на 4 м ниже, хазары имели в своем распоряжении огромную площадь, орошенную притоками Волги и изобилующую лугами, виноградниками и рыбой.