- Ну что, придумали там что-нибудь новенькое? - спросил Бошамп тревожно, не отводя при этом взгляда от четверки марсиан. - Какие еще планы вынашивают наши военные гении?

В тоне звучал откровенный сарказм - с полуденной поры отношение ученого мужа к военным решительно изменилось.

- Военные думают, что ключ, если его вообще можно найти, скрыт в больших командных треножниках, в тех, что сейчас собрались у Эйфелевой башни. Никогда прежде все три командные машины не подходили так близко друг к другу. Эксперты предполагают, что марсиане, возможно, пользуются движением как средством общения. Исполняемый ими танец, быть может, не что иное, как совещание по стратегии дальнейших действий. Быть может, они планируют: Париж взят, что дальше?..

Бошамп хмыкнул: объяснить внезапную странную перемену в поведении пришельцев можно по-всякому, эта гипотеза не лучше и не хуже других. Но что они вытворяли! Малые треножники шлялись вроде бы без надзора и сеяли разрушение наугад, а большие скакали, как цапли на болоте, дико взмахивая сочленениями и составляя резкий контраст с достойным спокойствием иглы Эйфеля.

Минут пять-десять мы молча разглядывали пленников: надо же, их снаряд промчался сквозь невообразимые бездны пространства лишь для того, чтобы расколоться, ударившись на Земле обо что-то особо жесткое и оставив своих пассажиров фактически беспомощными. И теперь, в железной клетке, они не производили впечатления силы - или притяжение нашей планеты сковало их? А может, их поразила апатия иного рода, допустим, упадок духа?

- Находясь здесь, - объявил Бошамп, - я размышлял о занятном обстоятельстве. Одной странности. Нам твердят, что у них все тройственно... три ноги и руки, три глаза...