— Ну, меня ты не достал. Подумал поначалу, будто радио заработало, но вспомнил вовремя, что эту песню там не включат. Про соседство не подумал, твоя комната давно пустовала. А вот соседка у тебя — говно. Я с нею даже не здороваюсь. Она — замужняя, дитя имеет. Ох, и горластый, ночами напролет орет. Я раньше в твоей квартире жил, из-за ребенка сбежал сюда. Спать не давал. Раньше та Маринка вместе с мужем в райкоме комсомола работала. Там они познакомились. Теперь их в отдел соцобеспечения перекинули. Короче, им не хуже и нынче, но как были говном, так и остались такими. Будь путевыми, им давно нормальную квартиру дали бы. Да они и здесь со всеми перегрызлись. Скандальные сволочи, сколько соседей выжили! И ты не выдержишь!
— Мне деваться некуда. Разве только обратно в зону? Но кому охота? — отмахнулся поселенец, глянув на бутылку водки, стоявшую на столе.
— А ты сюда, как понимаю, на поселение? Надолго ли? — спросил Игорь.
— На пять лет. Уже и работу подобрали. Для начала водовозом, на лето обещали другую «пахоту» сыскать.
— Значит, ассенизатором, — хмыкнул Игорь Бондарев. — Из своих никого не уговорили. Хоть и зарплата там хорошая, а в поселке полно безработных, на это место у тебя не будет конкурентов.
— И меня не сфалуют! Я — не лидер, чтоб за всеми говно чистить!
— Ты тоже из гордых? Тогда валяй в зону! Нынче любому делу рады, лишь бы оно оплачивалось.
— А почему в говночисты не идут?