Завтра он может вырасти из экологического активизма. Политическая мысль с ее проектами тотальных и окончательных решений - только следствие лихорадочного темпа научно-технических сдвигов, следствие Нового, ставшего разрушительной силой. Потеряна способность культуры осваивать Новое, приручать его, сохраняя равновесие. Сегодня Новое так стремительно нарастает, что культура разваливается и падает "ценностей незыблемая скала". Разрушительная роль телевидения, о которой с тревогой писали Поппер, Гадамер и другие, - только частный случай.

Геннадий Ягодин в статье "Зачем нужны умные люди?" пишет об экологическом кризисе: "Дальше - только два варианта. Либо фашизм, диктатура, которая говорит: Ведите себя так, иначе погибнете"; либо такой уровень сознания, когда человек без диктатуры будет вести себя так, чтобы не погибнуть" ("Педология", 2001, май, с. 16).

К сожалению именно умные люди создали реальность, с которой умные люди не знают, что делать. И фашизм в глобальном масштабе - такая же головная вероятность, как и неожиданно выросший уровень сознания. Глобальная диктатура не может утвердиться мирным путем; а война - еще более конкретный путь к гибели, чем нынешнее сползание в пропасть под контролем НАТО. Мы должны быть благодарны англосаксам за то, что они не поддались соблазну безумных идей, завладевших Россией, Италией, Германией, Китаем, Вьетнамом, Кубой... Но порядок, который хранит Америка, - это порядок движения к катастрофе.

Одна из проблем, которую нельзя решить высокоточными ракетами, миллиарды недорослей, недоучек, недоразвитков. Примитивные народы умели воспитывать своих мальчиков и девочек. Простая культура целиком влезала в одну голову, и в каждой голове были необходимые элементы этики и религии, а не только техническая информация. Культура была духовным и нравственным целым. Естественным примером этой цельности оставались отец с матерью. Сейчас они банкроты. Тинэйджер, овладевший компьютером, считает себя намного умнее деда, пишущего авторучкой.