Майк слушал, стараясь ничем не выдать своего удивления. В Гидау шла речь совсем о другом - об усилении гарнизона форта, всего лишь. А теперь выходит, что комендант Гомеш чуть ли не обязан подчиняться его, Майка, приказам? Но главное - какое еще "особое задание" имеет в виду ди Ногейра?

Из-за тупорылых пятнистых туш вертолетов, расталкивая выстраивающихся командос, выбежал молодой парень в десантных брюках. На бегу он натягивал пятнистую куртку, одновременно пытаясь застегнуть ремень с кобурой.

- Лейтенант Телиш, - смутился комендант. - Я докладывал, что после ночного дежурства он...

Телиш наконец справился с курткой и ремнем. Он подбежал к своему начальнику, вытянулся рядом с ним, бросил ладонь к коротко стриженной, непокрытой голове...

Генерал нахмурился:

- Отставить, лейтенант. Телиш вскинул подбородок и вытаращил глаза, всем своим видом выражая готовность к разносу - генерал был известен строгостью во всем, что касалось уставных положений. На коменданта жалко было смотреть. Его лицо побелело так, что казалось, еще секунда - и он грохнется в обморок.

Но разноса не последовало. При виде откровенного испуга Гомеша генерал вдруг смягчился.

- Надеюсь, здешнее пекло не сказывается на вашем гостеприимстве, комендант... - деланно во-. просительным тоном произнес он.

- Конечно, конечно же... 'Гомеш засуетился, смешно растопырил худые руки, приглашая высокопоставленного гостя вперед и одновременно спиною оттирая незадачливого лейтенанта.

- Приведите себя в порядок, услышал Майк его умоляющии шепот...

Они долго сидели за обедом у коменданта. Столовой служила большая комната с голыми, плохо побеленными бетонными стенами. Узкие окна, похожие на бойницы, были забраны толстой, частой решеткой. На грубом столе красного дерева стояли заплывшие стеарином, тронутые зеленью медные подсвечники, в которые Мелинда, толстая, добродушная жена коменданта, по случаю приезда гостей торжественно воткнула ароматические свечи.