Широкою грядою луг

Охватывает он.

Здесь спуск удобен и подъем,

И дева робкая верхом

Без страха правит скакуном,

Спускаясь в мирный дол.

Ни куст, ни дерево, ни сад

Дороги ей не преградят,

Ни ров, ни частокол.

Но дальше, рощей затенен,

Подъемлет башни Угумон.

4

И если путника спросить,

Что здесь могло происходить,

То скажет он в ответ:

"С широких вспаханных полос

Крестьянин урожай увез,

И тяжко нагруженный воз

Своих окованных колес

Оставил длинный след.

А мужики навеселе

На той утоптанной земле

Плясали до утра,

И пировали у лачуг,

Там, где, спаленный, черен луг,

И жены их сновали вкруг

Горящего костра".

5

И он и каждый так решит,

Кто этот край впервые зрит.

Но только не жнецы

Трудились здесь, и не серпом,

А пикой, саблей и штыком

Суровые бойцы.

Не хлеб сбирали в сих полях.

Не жалкий злак; но каждый взмах

Героев повергал во прах,

Как срезанный ячмень;

И в час, когда ночная мгла

На жатву страшную сошла,

Скирдами высились тела

Сраженных в этот день.

6

Взгляни опять - тот черный знак

Оставил н_а_ поле бивак;

Вокруг него следы атак

И грозного огня.

А рядом, где засохла грязь,

Там кровь потоками лилась

И, в битву яростно стремясь,

Хлестал драгун коня.

Вон та глубокая нора

След раскаленного ядра.

Ты чувствуешь, как смрадный пар

Вливается в полдневный жар

Зловонною волной

Из недр засыпанных холмов?

Знай - то Убийство до краев

Амбар набило свой.

7

То был не праздник средь равнин,

Какой справляет селянин,

Оставив серп и плуг!