- Как вы думаете, когда они нападут на нас? - спросил он у Джо.

Охотник покачал головой.

- Любимое время у краснокожих - до восхода солнца, когда белые привыкли сладко спать, но, конечно, они не всегда выжидают так долго. Все зависит от обстоятельств. Теперь они выжидают, надеясь, что мы забудем о них, а потом явятся и обрушатся на нас, как горящий дом!

- Мы не должны допустить их явиться на судно! - произнес капитан Хорст с внезапным блеском в красивых серых глазах.

- Нет, капитан, потому что тогда мы погибли! Они нападут такой огромной толпой, что им нечего бояться неудачи. Тогда прощай - мы все! Они не пощадят ни одного скальпа!

- Когда я потеряю всякую надежду, я взорву на воздух судно! Если уж отправляться к праотцам, то сперва надо послать индейцев по другому направлению!

В устах капитана это не было пустословием или хвастовством. Он не замедлил бы осуществить свое намерение.

- Мне это нравится, - заметил охотник, как бы говоря сам с собой, в то время, как его беспокойный взор бродил с одного берега на другой, когда мы увидим, что все погибло, не все ли равно, как умереть! Думаю, что здесь найдется достаточно пороху, чтобы пустить на воздух, к небесам, наше старое судно!

- Да, у нас есть несколько сотен фунтов пороха для майора Глэдуин. Уж лучше взлететь на воздух, чем позволить индейцам покончить с нами томагавками или еще хуже...

- Без сомнения. Не надо забывать, что, вместе с тем, мы нанесем большой ущерб племени Понтиака... а вот Ашер... Он смотрит на нас, словно хочет что-то сказать.

Лица обоих ветеранов просветлели, когда к ним подошел молодой человек, не старше 18 лет, и сделал им полувоенный поклон, как бы оправдываясь за свое вмешательство. Впрочем, он знал, что ему рады, так как был любимцем всего экипажа, а в особенности капитана и старого Джо.

Ашер Норрис приходился племянником Джо Спайну. Его родители и друзья находились в форте Детруа.