Пока команда "Паллады" занималась спасением своего корабля, японцы, пользуясь возникшей сумятицей, благополучно скрылись в море, хотя корабли эскадры сразу открыли по ним стрельбу. Спасаясь от своих же снарядов, миноносцы поспешно укрылись на внутреннем рейде. Прошло около часа, пока стрельба наконец постепенно затихла. Подорванные корабли подошли к берегу и приткнулись на мелководье: "Ретвизан" у Тигрового Хвоста, а "Цесаревич" напротив, под Золотой горой, "Паллада" остановилась невдалеке от "Цесаревича".

С "Петропавловска" потребовали сведения о полученных на "Палладе" повреждениях и понесенных потерях. Мичмана Акинфиева тотчас же отправили на шлюпке с докладом.

Выслушав доклад, Старк послал мичмана в Артур сообщить о случившемся наместнику.

Было около часа ночи, когда мичман добрался до дома Старка.

Постеснявшись войти в зал в непарадной форме, он вызвал адъютанта наместника. Увидев взволнованное лицо Акинфиева, лейтенант увел его в одну из боковых комнат и тут выслушал.

- Прошу вас ничего не разглашать, пока я не доложу обо всем наместнику.

Ожидайте здесь дальнейших распоряжений, - предупредил адъютант.

Как ни были ошеломляющи и неожиданны полученные сообщения, Алексеев все же сумел сохранить внешнее спокойствие.

Опустившись вниз, он выслушал от Акинфиева подробное сообщение о нападении миноносцев на эскадру.

- Так вы, мичман, утверждаете, что подорваны броненосцы "Ретвизан", "Цесаревич" и крейсер "Паллада"? Вы не ошибаетесь? - переспросил адмирал.

- Никак нет, ваше высокопревосходительство!

- Атаковали-то нас японцы? - допытывался наместник.

- Миноносцы четырехтрубные, с кожухом посередине, похожи на наши с Невского завода. После попадания мины были слышны крики "банзай". На корме одного из них я видел белые иероглифы.

- Похоже, что действительно японцы, - проговорил Алексеев. - Все же необходимо немедленно отдать приказ о высылке из Квантунского полуострова всех англичан, как японских союзников, а заодно и американцев.