- Пожалуй, на "Монголии" соберется столько всяких пассажиров, что и раненым не останется места, - заметил Витгефт.

- Дело старшего врача лазарета урегулировать этот вопрос, - отозвался Матусевич.

На этом совещание моряков и окончилось.

- Василий Федорович, - обернулся наконец Витгефт к Белому, разговаривавшему с флагманским артиллеристом лейтенантом Кетлинским. - Я прошу вас прибыть к нам, чтобы обсудить вопрос, как нам бороться с этой паршивой батарейкой стодвадцатимиллиметровых пушек, которая нас обстреливает уже несколько дней.

- Я тоже хотел переговорить с вами по этому поводу. Сейчас с вашим флаг-офицером мы договорились о связи кораблей с нашими наблюдательными пунктами и завтра попробуем сбить батарею перекидным огнем с броненосцев.

Оба превосходительства оживленно заговорили. Звонарев, ожидая распоряжений, почтительно стоял в стороне.

- Вы это что, молодой человек, вместо службы в строю на Электрическом Утесе перешли в адъютанты? - подошел к нему Эссен.

- Я все время вел работы по постройке укреплений на сухопутном фронте, но на днях мне обещано возвращение на Утес, - ответил Звонарев. - Вы надеетесь на успех при выходе эскадры, Николай Оттович?

- Тот не солдат, кто не имеет маршальского жезла в ранце! Но, откровенно говоря, боюсь не столько японцев, сколько нашего адмирала. Вдруг опять при виде японцев сдрейфит и побежит в Артур, как это было десятого июня. Да и большинство наших командиров против выхода. Следовательно, они будут все время оглядываться на Артур и при первом предлоге повернут назад.

- В таком случае необходимо сменить ненадежных командиров.

- Всех не сменишь. Беда наша в том, что у самого адмирала настроение подавленное и полная неуверенность в себе.

Артиллеристы стали прощаться.

- До свидания во Владивостоке. Желаю вам, господа, полного успеха, говорил Белый, пожимая руки морякам.