
Опосредованное применение норм международного уголовного права характерно для большинства государств, в том числе и для России. Остается только сожалеть, что отечественное уголовное законодательство не предусмотрело возможности применения международной нормы напрямую при отсутствии «аналога» в УК РФ или несоответствии последнего международному предписанию.
Как известно, УК РФ основан на «общепризнанных принципах и нормах международного права», а единственным источником уголовного права признается только текст самого Кодекса (два этих положения, содержащиеся в одной статье УК РФ, даже между собой находятся в некотором противоречии).
Получается, что законного механизма разрешения коллизии между российским уголовным законом и международным актом, имеющим силу для Российской Федерации, попросту нет. А он должен быть – хотя бы в силу конституционного правила о приоритетном действии международной нормы.
Исходя из изложенного, считаю, что ст.1 УК РФ необходимо дополнить ч.3 следующего содержания: «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора».
Замечу, что новейшее отраслевое законодательство разрешает возможную коллизию между национальным нормативным актом и международным правом именно таким образом.
Примечательно, что и международный правоприменитель может применить норму международного уголовного права опосредованно – т.е. через национальный закон.
Например, УПК РФ в ч.3 ст.1 прямо предусмотрел, что «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора». И это несмотря на то, что в ч.1 этой же статьи указано, что порядок уголовного судопроизводства на территории России «устанавливается» только УПК РФ.
Такая возможность предусмотрена в п. «с» ч.1 ст.21 Римского статута Международного уголовного суда (Суд применяет «национальные законы государств, которые при обычных условиях осуществляли бы юрисдикцию в отношении данного преступления»).
