Амазонка. Слово было красивое, Конори даже примерила его на себя и нисколько не смутилась, оно ей подходило. Не так давно Альма управлял ей, когда она гнала машину. О, это было ни с чем не сравнимое чувство! Амазонка! А ещё ей хотелось быть похожей на Паолу. Паола не боялась даже громадных мужчин. В храме воинов с деревянными полами она надевала черный костюм, подпоясывалась черным поясом и вызывала на битву мужчин. Резкими и сильными ударами она валила их на пол, они стонали и отступали. Паола была сильная, мужчины смотрели на неё с уважением, а после поединка кланялись ей. Амазонка!

Конори проводила отца до двери. Кертис, как всегда, испытал неловкость перед дочерью.

— Извини, но мне нужно ехать.

— Да, — ответила она.

Ричард кивнул ей, сел в машину и помахал рукой из окна. Она ответила ему и вошла в дом. Сегодня стирка, подумала она, с сожалением глядя на ярко-красные ногти. Вчера вечером приходила Фей и накрасила ей ногти. Конори и сама могла накрасить их, но у Фей это получалось лучше. Она сама была сказочно красивой в глазах Конори, но… ленивой. Не совсем, конечно, но её походка была медленной, слегка покачивающейся, глаза, казалось, всегда спрашивали: "Да?", и лицо её носило отпечаток наивности.

Вместе с Фей вчера приходила Бесси. Она была очень высокой и стройной, её любимым выражением было "Я не могу поверить!". Иногда она заводила разговор о каком-то подиуме. Фей снисходительно улыбалась и говорила о её молотилках, показывая на руки. Бесси отвечала, что наденет перчатки. Потом она сказала о каком-то Джоне, который додумался подарить ей нижнее белье. Бесси тут же продемонстрировала его, расстегивая на груди кофту. Фей сказала, что бюстгальтер ей мал, и от этого у неё вытечет молоко.