несопоставима с советской (в справочниках можно найти информацию о владельце

мясной лавки в заштатном городе или телеграфисте на забайкальской станции, но не

о советском замминистра), но сам факт её существования остается для наших

современников по большей части неизвестным. В свое время крупным успехом

«гласности» почиталась публикация в «Известиях» нескольких строк о вновь

назначаемых министрах. Когда несколько лет назад вице-премьер очень гордился

тем, что «мы впервые за всю многовековую историю России заставили чиновников

обнародовать сведения о доходах», некому было рассказать ему, что до 1917 г.

ежегодно (2–3 раза в год) публиковались списки гражданским чинам 1–4-го классов

(4-й класс — уровень университетского профессора, директора гимназии и т.п.),

где не только подробнейшим образом было расписано получаемое на службе

содержание (со всеми столовыми, квартирными, добавочными и т.д.), но имелись и

не менее подробные сведения о том, какое за ним лично и какое за женой имеется

имущество, причем раздельно указывалось родовое и благоприобретенное (до таких

высот современная государственная мысль подниматься не рискует). Справочников —

ежегодных (а то и ежемесячных) издавалось огромное количество, причем

одновременно и по чинам, и по ведомствам, и по губерниям, и они охватывали

практически всех лиц, состоявших на военной или гражданской службе вплоть до

самых низших, в том числе и тех ведомств, бытие которых в СССР было покрыто

глубочайшей тайной (чего стоит, например, издававшийся 2–3 раза в год «Общий

состав Отдельного корпуса жандармов»). А вообще, чтобы представить себе, чем

была старая Россия и было ли там, к примеру «гражданское общество», достаточно

полистать какую-нибудь губернскую «Памятную книжку», обнаружив в каждом уезде