Встреча была сорвана под разными смехотворными предлогами. Перестрелки усилились ночью, и снова, как и прежде, стрельба шла и с одной стороны, и с другой, но со стороны Южной Осетии обстрел вели запрещённые Соглашением артиллерийские установки. К этому времени грузинская сторона была сильно встревожена. Все бронетанковые части, расположенные вблизи Абхазии начали движение в сторону Грузии. Двигались танки — своим ходом, а не на транспортёрах, поэтому они продвигались медленно, к утру они не вернулись на исходные позиции. 7-го продвижение продолжалось. После полудня в этот день Президент [Саакашвили] объявил об одностороннем прекращении огня, это было новое объявление, отличное от всех предыдущих. Оно означало: "Я прекращаю огонь первым, и если вы продолжите стрелять, я не отвечу на стрельбу".

Это заявление оставалось в силе до следующей главы разыгрываемой драмы".

"Вечером 7-го августа осетинская сторона открыла артиллерийский огонь из всех видов орудий, сосредоточив его не на позициях грузинских войск, а на грузинских деревнях. Не упускайте из виду — речь идёт о грузинских деревнях внутри Южной Осетии! К этому времени грузины почти полностью покинули свои деревни. Три деревни были превращены в пыль. Вечером 7-го Президент получает информацию о движении большой колонны русских танков. Позже в этот же вечер поступают сведения о том, что эти танки выходят из Рокского туннеля [из России на территорию Грузии]. Через некоторое время ещё один источник подтверждает эту информацию. Три независимых сообщения. Пришло время действовать".

"До этого в районе Южной Осетии были только миротворческие части, не пригодные к ведению большой войны. Грузины должны были остановить танковую колонну, для этого нужно было выполнить две задачи. Подъём в долину очень крут; если остановить русских именно там, они застрянут в туннеле, и остальным армейским частям не удастся проникнуть на территорию Грузии.