Абуязид не подвел и вывел точно к той самой рощице, которой отводилась такая большая роль. Не зря эмир надеялся на своего бойца. Впрочем, он заранее знал, что, если молчаливый Абуязид что-то обещает, он знает, что говорит. В темноте окружающие рощицу кусты смотрелись опасными призраками. Здесь уже первым пустили Исрапила, хорошо умеющего чувствовать мины. Разведчик прошел прилегающие к рощице кусты и вернулся к джамаату.

– Чисто, эмир, как вы и предполагали…

Актемар предполагал, что время сейчас совсем не то и объект их интереса совсем не тот, чтобы минировать лежащую за территорией базы рощицу, в которую вполне могут зайти местные жители. Или просто скот пригнать. Так и оказалось…

– Готовимся. Выставить минометы. Прицел брать по прожекторам… Снайпер корректирует после первых выстрелов…

Минометчики вместе с помощниками быстро установили свои тяжеловесные орудия. Минометов взяли с собой два и планировали бросить их здесь при отходе, потому что с минометами на плечах уйти от преследования будет трудно, а преследование будет обязательно, хотя, как обычно бывает, в первые моменты плохо организованное. Тем более что штатных помощников минометчиков Актемар снял с их обычной работы, доверив им гранатометы для поддержания мощности обстрела и отсечения тех подразделений «кадыровцев», что первыми попытаются вступить к контактный бой. Естественно, те поедут на грузовике в сопровождении боевой машины пехоты. Так обычно делалось и делается. Но их следует встречать не на подходе к рощице с минометами, а прямо за воротами базы, при выезде на дорогу. Лучше даже прямо в воротах, чтобы на какое-то время застопорить выдвижение других подразделений. И помощникам минометчиков Дошлукаев доверил самый ответственный участок – у ворот, вооружив их гранатометами с ночными прицелами.