- Продается ценная библиотека! Вот она перед вами, вся как есть! Кто сколько даст? - возгласил аукционист.

- Пятьдесят золотых!

- Сто!

- Двести!

- Триста!

- Четыреста!

- Пятьсот золотых!

- Пятьсот двадцать пять! Короткая заминка.

- Пятьсот сорок!

Более долгая заминка, аукционист удвоил свои старания.

- Пятьсот сорок пять!

Еще более долгая заминка, аукционист поощряет, убеждает, уговаривает бесполезно, все как в рот воды набрали.

- Ну, кто же больше? Пятьсот сорок пять - раз, пятьсот сорок пять-два...

- Пятьсот пятьдесят!

Голос - сдавленный, визгливый - принадлежал согбенному старичку в рваных лохмотьях и с зеленой нашлепкой на левом глазу. Все, кто был рядом, оглянулись и уставились на него. Это был переодетый Недам, говоривший измененным голосом.

- Отлично, кто больше? - продолжал аукционист. - Раз, два...

- Пятьсот шестьдесят!

Голос, хриплый, низкий, на этот раз донесся из противоположного угла комнаты, где толпа стояла особенно густо. Многие оглянулись и увидели старика в необычном наряде, опиравшегося на костыли. Это был переодетый Непроси в синих очках и с длинной белой бородой. Он говорил измененным голосом.

- Идет! Кто больше?

- Шестьсот!

Общее оживление в зале. Послышались одобрительные замечания Кто-то крикнул:

- Не сдавайся, Нашлепка!

От этого задорного возгласа публику еще больше разобрало и десяток голосов подхватил:

- Не сдавайся, Нашлепка! Всыпь ему!

- Кто больше? Раз - шестьсот! Два - шестьсот! И - последний раз..