– Тело только исполнитель. А кровь с адреналином – посредник… Все наши страхи осуществляются через тело, а рождаются в мозгу, где находится центр страха, состоящий из нескольких «этажей». Мощное министерство, занятое именно этим делом – созиданием чувства страха, сотворением разных страхов… Здесь, в глубине бессознательной психики, запрограммирована их общая родовая основа.

– Какая же?

– Стремление отдалить смерть любою ценой.

– Инстинкт самосохранения?

– Принято говорить так, но это слишком общо – ведь и хороший аппетит, например, и гнев, и половое влечение, и лень – лень даже в особенности – являют собой тот же инстинкт самосохранения.

– Моя лень – инстинкт моего самосохранения? Вот это открытие!

– Лень можно считать страхом траты энергии. Единый инстинкт выживания имеет несколько основных программ. Страх только одна из них.

Джин из бутылки

ГИД – Когда человек начинает осознавать свой страх как проблему?

– Тычками, урывками – с нежнейшего малолетства. Подойти, дотронуться, познакомиться… Пройти, залезть, прыгнуть… Не уступить обидчику, постоять за себя, взять свое, дать сдачи, подраться… Страшно, а хочется; надо, а страшно…

– Кажется, все детство только и делаешь, что всего боишься и пытаешься одолеть свой страх. Да и всю остальную жизнь… А у вас так было?

– Я родился в самый разгул сталинщины, страх насыщал всю атмосферу тогдашней жизни, и я это хорошо помню. Страх впитан с молоком матери…

Тем не менее почти до трех лет я был чем-то внутренне защищен от зловещей атмосферы, господствовавшей вокруг.

Этим «чем-то» была, наверное, родительская любовь. И сама природа, может быть, – мой врожденный характер.

Я ничего не боялся, солнечно верил миру…

Но вскоре – военный ожог, несколько травм, физических и психических, и вдруг я стал бояться почти всего: страх словно прорвался в меня.