Нет дороги в море трусам. Бьет таких людей море, не любит их. Не щадит и людская молва трусов да бездельников. Зато чтут поморяне своих героев. Нелегко, правда, заслужить похвалу строгих северных людей. Но смелый подвиг морехода-промышленника на море, во льдах, на зимовке не будет забыт. Народная молва разнесет имя смельчака по становищам, по погостам, по селам и деревням, песнями и сказаниями прославит его. Никогда не страшится помор отправиться за промыслом в далекие, неизвестные места. Не пугают его ни холод, ни ветры, ни лишения. Много знал Ваня славных подвигов и побед простых людей - хозяев ледовитых морей. На лице у мальчика появилось упрямое выражение. Дал себе твердое слово Ваня - быть таким, как они, как отец. Не уступать Студеному морю, не бояться его. Мальчик всей грудью вдыхал свежий, упругий воздух с характерными запахами морской травы и рыбы. Но вот он заметил, что невдалеке, с правого борта, покачалась пенистая белая полоса. Она то пропадала, то появлялась вновь: у самой поверхности быстро плыло громадное черное тело. Ваня посмотрел вниз, ища, у кого бы спросить - что он видит в море? На палубе, прислонясь к мачте, стоял Степан Шарапов и рассказывал, как гулял он на берегу перед отходом. Его слушатели удобно расселись на промысловых карбасах, укрепленных толстыми веревками между мачтами. - Трое суток не спали, - певуче говорил Степан, - некогда было. Одной водки сколь выпили - страсть! Брюхан-то наш раздобрился, три рубля заручных денег дал. Ну-к что ж, половину я матери отдал, а остальные у него же в заведении оставил. До Вани долетали отрывки беседы и других промышленников: - Мал он зверек, да сходный: сала с его, поди, пуда с два будет, да окромя того кожа... - В море встанет ежели темень - жди дождя, в горах завязалась - быть крепкому ветру...