- Простите, можно вас на минутку?

Хромая и что-то насвистывая, он подошел к двери.

- Познакомьтесь, это моя дочь Сэнди.

- Сэн-дии, - произнес он, опять загибая пальцы.

- Сэнди, а это Аксель Кутч, то есть - прошу прощения! - Е Шао Ли.

- Привет, - кивнула Сэнди. В ее голосе звучало легкое любопытство.

- Ну, еще увидимся, - улыбнулась Донна, помахала емy рукой и подняла стекло.

Несколько секунд Аксель молча смотрел на них, потом выбрался из кювета и исчез в темноте.

- Что это с ним? - недоуменно спросила девочка.

- По-моему, он... слегка недоразвитый.

- Ты хочешь сказать, долбанутый?

- Ну, что ты за слова употребляешь, Сэнди!

- А что, у нас в школе есть такие. Дебилы. Знаешь, как их называют? "Не от мира сего".

- Вот это уже звучит гораздо лучше!

- И куда он пошел?

- Наверное, в свою машину.

- Так он сейчас уедет? - с надеждой спросила Сэнди.

- Нет. Мы подождем, пока рассеется туман, а потом он вывезет нас отсюда.

- И мы поедем в его машине?!

- Но наша-то все равно сейчас никуда уже не сможет поехать.

- Я знаю, но...

- Неужели тебе хочется торчать здесь всю ночь?

- Нет, но... я боюсь его!

- Это просто потому, что мы его мало знаем. Но если бы он хотел сделать с нами что-то плохое, то у него для этого была уже масса возможностей. Да и лучшего места для таких дел во всем этом округе, наверное, не сыскать.

- Может быть. Но все-таки...

- Нам в любом случае нельзя больше здесь оставаться.

- Я знаю. Тут до нас доберется папа... - Глаза девочки казались двумя черными провалами на фоне бледного овала ее лица. - Он ведь больше не в тюрьме?

- Нет, не в тюрьме. Окружной прокурор... Ты помнишь мистера Гольдштейна?.. Он позвонил мне сегодня утром. Папу вчера выпустили. Мистер Гольдштейн специально звонил, чтобы предупредить нас.