Андрей Николаевич. Доброе утро, Шурочка!.. Ты что-то сказала?

Александра Николаевна (вздрагивает от неожиданности). Я?.. Я нет... Я ничего...

Андрей Николаевич. Не могло же мне послышаться!..

Александра Николаевна. Почему это тебе не могло послышаться?

Андрей Николаевич. Что ж, все возможно... Все возможно... Сейчас слышал по радио, что где-то на Алтае пастухи поймали снежного человека в тот момент, когда он пытался подоить яка. Навалились, скрутили, связали, затолкали в багажник "Жигулей" и повезли в милицию... (рассказывая, набивает трубку).

Александра Николаевна. И что?

Андрей Николаевич (раскуривает трубку). Ничего... Сбежал по дороге.

Александра Николаевна. Господи, какая чушь!..

Андрей Николаевич (курит, смотрит на цветущий сад). Может быть... Все может быть... (видит идущего от калитки Максима). Максим, доброе утро!.. Почта есть?

Максим (останавливается перед галереей). Хелло, Джей!.. Нет. Только газеты и повестка из военкомата... А ты что, ждешь каких-нибудь вестей?

Андрей Николаевич. Нет, я так, по привычке...

Максим. Тебе принести газеты?

Андрей Николаевич. Нет. Оставь на бильярде. Я скоро спущусь... А что за повестка? Антону?..

Максим. Антону.

Андрей Николаевич. Что ж, придется служить...

Максим. Конечно, придется. Куда же он денется?..

Александра Николаевна. Дай мне газету!..

Максим. Какую?

Александра Николаевна. Все равно.

Максим. Такой ответ поставил бы тупик самого Сократа! (Смеется.) Александра Николаевна (с легким раздражением). Но мне действительно все равно! К тому же я забыла наверху свои очки.

Максим. Я принесу.

Хочет пройти мимо нее.

Александра Николаевна. Оставь мне все газеты!

Максим. А как же очки?

Александра Николаевна. Пока ты ходишь за ними, я буду читать заголовки. Надо же как-то убивать время...

Максим оставляет ей пачку газет, проходит через веранду, холл, поднимается по лестнице на второй этаж.