Этот случай показателен во многих отношениях. Во-первых, он служит ярким примером сотрудничества органов военного контроля с советскими учреждениями. Во-вторых, подтверждает неконфликтный характер взаимоотношений советских лидеров с контрразведчиками. В-третьих, доказывает возможность компромисса между этими двумя организациями.

Приведенные факты позволяют сделать вывод о том, что отношения Советов РСД с контрразведывательными структурами в период «мирного развития революции» носили характер сотрудничества. Советские учреждения признали необходимость сохранения службы военного контроля для обеспечения безопасности государства и поддержания правопорядка.

Однако нарастание противоречий между Временным правительством и Петросоветом оказало серьезное воздействие на дальнейшее развитие контактов советских учреждений с органами военного контроля в разных регионах страны. Например, на территории Европейского Севера произошло некоторое ухудшение отношений данных структур. Член Архангельского Совдепа прапорщик А. А. Житков 16 июля 1917 года был снят с должности начальника Беломорского КРО, а его преемником на этом посту стал следователь Архангельского окружного суда коллежский асессор М. К. Рындин

Более того, с этого момента контрразведчики в разных регионах России стали вести пристальную слежку за членами Совдепов, разделявшими идеи большевиков. Подобные факты впоследствии позволили Л. Д. Троцкому утверждать, что сотрудники военного контроля установили «во всей стране систему контрразведочного феодализма»

Все это весьма негативно сказывалось на взаимоотношениях советских лидеров и борцов со шпионажем. Аналогичный эффект произвело и формирование после «июльского кризиса» 1917 г. контрразведывательного отдела Министерства юстиции