Жданов же был коммунистом-интернационалистом, перед войной возглавлял делегацию ЦК ВКП(б) в Коминтерне. Он призывал строить международную политику так, чтобы развязать революционное движение на Западе, вернуться к старой идее «непримиримой классовой борьбы», которой СССР должен был отдавать львиную долю средств.

В 1946 и 1947 годах, следуя этой идее, французские и итальянские коммунисты вышли из правительственных коалиций, были развернуты попытки массовых политических и экономических стачек, нападения вооруженных коммунистических групп на американские грузы, блокада Берлина. Но все это не привело коммунистов к победе.

На это же время приходится кратковременная опала Маленкова, которая была невыгодна ни Берии, ни Сталину. За это время Жданов совершил еще одну большую ошибку, поддержав не только международное наступление коммунизма, но и геополитический план создания Балканской федерации, что противоречило идее создания единого политико-экономического блока в Восточной Европе.

И Сталин отодвинул Жданова в сторону. Вскоре Жданов умер в возрасте 52-х лет.

Маленков же был поставлен во главе международной политики, быстро переориентировал внимание и силы на Восток, и в 1949 году в Китае победила коммунистическая революция.

Важные перемены произошли и во внутренней политике. Маленков отрицал Запад вообще. Его обвиняют, что это отрицание легло в основу «борьбы с космополитизмом». Но это обвинение вряд ли справедливо, так как идея такой борьбы принадлежала Сталину. Вождь разочаровался в руководстве Израиля, молодую государственность которого он вначале поддерживал, надеясь повернуть его против Запада. Но сделать этого ему не удалось.

В общем, после смерти Жданова первым рядом со Сталиным стоял Маленков.

Но это верно только наполовину: мы забыли о Вознесенском.

Однажды в день рождения Сталина двадцать первого декабря было большое застолье, оно закончилось только в шесть часов утра следующего дня.