Не все у него получалось на западе. Но вот на восток к 1584 году (в котором Грозный скончался) Русь продвинулась значительно. И направление движению было задано с перспективой — на века вперед и в нужную сторону.

Впрочем, движение на восток было движением всей складывающейся русской нации. Это было стихийное, то есть неосознанное, но исторически вполне закономерное продвижение России к своим естественным восточным рубежам.

Уже в 1555 году хан сибирского ханства Едигер признает себя данником Русского государства. Поход же Ермака Тимофеевича 1581–1584 годов подготовил окончательное присоединение Западной Сибири к России.

Сибирь — понятие емкое…

Мы привычно произносим: «Покорение Ермаком Сибири», но Ермак 26 сентября 1581 года занял лишь столицу хана Кучума — Кашлык, именуемую также Сибирью… Сейчас в этом месте, у слияния Тобола и Иртыша, стоит Тобольск.

Только впереди, в историческом далеке, маячили будущие Омск, Томск, Канск, Енисейск, Красноярск, Иркутск, Якутск, Охотск…

Велика Сибирь, а за ней — еще и Амур, Приморье…

Сибирь — это и Чукотка, и Камчатка…

А дальше — Аляска…

Впрочем, историческое «далёко» оказалось не таким уж и далеким. Даже во время первой Русской смуты (вторую переживаем уже мы), когда поляки занимали Московский Кремль, русский торговый человек с северной Двины Кондратий Курочкин плавал по Енисею.

А еще раньше, в 1601 году, в Западной Сибири возникает легендарная Мангазея. Этот торговый город-порт в 180 километрах от устья реки Таз, впадающей в ответвление Обской губы — губу Тазовскую, был заложен как крепость-«острог» и быстро превратился в оживленный центр меновой торговли и соболиного промысла с двумя тысячами жителей.

По нынешним понятиям — село, но в этом «селе» ни один из его населяющих лаптем щи не хлебал. Это был отборный русский народ, отсортированный тысячекилометровыми походами, ветрами, вьюгами и отмеченный умением, сметкой и удалью.