Словом, обстоятельства сложились так, что война стала как бы обычным, естественным состоянием страны.

Все это позволяет думать, что средневековая Русь имела немало выдающихся полководцев. Однако это предположение — само по себе столь убедительное — трудно подтвердить конкретными материалами. Письменные источники очень слабо освещают сам ход той или иной войны: подробности сражений, распоряжения предводителей войск, соотношение сил противников — словом, все то, из чего и складывается представление о личном полководческом искусстве. Обычно в летописях сообщается лишь о самом факте: походе под началом одного, а чаще нескольких воевод. Известен и результат похода — победа, «ничья» или поражение. (Впрочем, о поражениях во все времена писали гораздо меньше, чем о победах.)

Вследствие всех этих причин среди множества князей и бояр, руководивших военными предприятиями, выдающихся полководцев приходится буквально угадывать по косвенным признакам: соотношению побед и поражений, популярности в народе, чертам личного мужества.

Среди тех, кого мы можем все же с уверенностью признать за выдающихся полководцев своего времени, выделяются величественные фигуры Александра Невского, Даниила Галицкого и Дмитрия Донского. Их военные успехи приобрели особое значение благодаря тем историческим обстоятельствам, при которых они были достигнуты, и тем последствиям, которые они имели для русского народа.

Имена Александра Невского, Даниила Галицкого и Дмитрия Донского стали символами патриотизма, воинского подвига во имя защиты Отечества.

В нашей книге невозможно, конечно, обойти молчанием деятельность этих трех исполинов. Но за иконописным ликом «святого» — как и за чеканным профилем «великого полководца» — хотелось бы разглядеть подлинное и неповторимое человеческое лицо. Только увидев их живыми людьми, сыновьями своего времени, можно ощутить не ритуальное, а искреннее уважение к ним, восхищение их ратным и жизненным подвигом.