В самом деле, никто не будет отрицать, что заговоры в истории имели место. Но многие, и в том числе ваш покорный слуга, отказываются признавать наличие в ней так называемых "объективных законов". Нет, не потому теория заговоров претит мне, что она не столь сциентически респектабельна, как ее миф-двойник – теория объективных закономерностей. В теории заговоров меня категорически не устраивает стремление всех или почти всех ее творцов-конспирологов овладевать содержанием исследуемого ими субъекта сугубо символически, так сказать, этикеточно. В этот смысле теория заговоров, проклиная и презирая масскультурное общество, сама принадлежит ему и в этом смысле должна быть отвергнута как соблазн. Соблазн этот вдвойне вредоносен в России, где всегда особо любили и любят рассуждать в мировом масштабе, "сидя на завалинке", не слишком утруждая себя при этом освоением всерьез некоего поверхностно и символически (в худшем смысле этого слова) присваиваемого себе содержания. Простейший пример: некий имярек откуда-то узнает, что Гегель, к примеру, является масоном такого-то разлива и такого-то градуса. Освоил ли имярек содержание "Науки логики"? Является ли он хозяином этого содержания? Приблизился ли он в этом смысле к Гегелю? Ни на йоту. Но в символическом, вновь повторю, худшем смысле имярек стал хозяином Гегеля, ибо он, как говорится в старом одесском анекдоте, "его вичислил".

Кстати, говоря о русской завалинке, я имею в виду не блестящую плеяду русских философов и историков, создавших теорию исторического субъекта, гораздо более близкую к реальности, нежели позитивизм, а банальную и соблазнительную в своей слащавой банальности конспирологию. Что касается высокой русской традиции, то она не устраивает меня тем, что не до конца учитывает новый тип реальности, сложившейся на исходе первой половины XX в., реальности, в которой историческое и игровое (т.е.