-- Мы, наверное, с вами сюда по одному и тому же вопросу? -- спросил он у Платонова.

-- Возможно, -- Платонов не разговорчив по природе, да и не знал он, по какому именно вопросу его срочно вызвали к президенту. Во всяком случае, думал он, не ради того, чтобы обменяться рукопожатием.

В приемную вошли еще двое: директор Службы внешней разведки Затонов и министр внутренних дел Рушайло. Оба чиновника были в цивильной одежде, причем, у обоих -- одинаковые, желтые, в коричневую крапинку, галстуки. Однако эта пустяковая деталь осталась незамеченной -- они были собраны и, видимо, тоже волновались в преддверии президентского кабинета.

Подошедший помощник предложил им что-нибудь попить, указав рукой на стоявший в углу столик, уставленный всевозможными напитками. И Сергеев, буркнув "это не помешает", тяжело поднялся и направился к столику с напитками. Неожиданно громко зазвонил хрусталь, наступила неловкая пауза, словно в музее, когда кто-нибудь из посетителей некстати чихает. Но эту неловкость покрыл мелодичный звон, раздавшийся на одной из колоколен кремлевских церквей...

Наконец, дверь президентского кабинета широко распахнулась, на пороге показался помощник Тишков, за ним -- президент, вышедший в приемную своей несколько развинченной походкой. Он поздоровался со всеми за руку, но Платонову показалось, что его рукопожатие с президентом было на несколько секунд продолжительнее других.

-- Заходите, располагайтесь, -- жест рукой в сторону открытых дверей, через проем которых хорошо был виден огромный рабочий стол и по бокам -- два символа власти: слева знамя РФ, справа -- штандарт президента. -- Лев Евгеньевич, -- обратился Путин к помощнику, -- свяжитесь, пожалуйста, с директором ФСБ, пусть он тоже подъедет...

Когда все расселись за столом, на котором также гнездились бутылки с минеральной водой и хрустальными бокалами, президент расположился в торце, положив сцепленные руки на край стола. Обвел всех взглядом, и полковнику показалось, что в этом взгляде было что-то необычное, какая-то мальчишеская насупленость...