Девушка, наконец, перестала всхлипывать и затихла.

— Как тебя зовут? — спросил Латур.

— Рита.

— Вы с Лакостой женаты?

— Да. Только мне-то от этого не легче.

— И давно ты вышла за него?

— Почти четыре месяца назад.

Ему больше уже не казалось, что его дурачат. Латур немного успокоился, и сейчас ему стало даже немного жаль девушку. Совсем юная, да еще к тому же такая хорошенькая, и как только ее угораздило связаться с таким, как Лакоста? Она могла бы устроиться куда лучше, подумал он.

Девушка, казалось, прочла его мысли.

— Знаю, — вздохнула она. — Дурака сваляла, верно? Дело в том, что я работала официанткой в одной грязной дыре под названием Пончатула, и у меня все это уже в печенках сидело. А тут он и подвернулся… пообещал, что я стану работать в шоу-бизнесе. Черт, вот тебе и шоу-бизнес! Мне и в Пончатуле так солоно не приходилось, ей-богу!

— Понятно, — протянул Латур. — И когда вы с Жаком вернулись в город?

— Сегодня после полудня. Часа в два, по-моему, — А когда вы приехали, не заметили, был ли кто-нибудь поблизости от дома?

— Нет.

— Но вы все время были в трейлере, да? Скажем, до семи тридцати.

— Я была. А Жак копался в двигателе.

— Скажите, вы, случайно, не слышали в это время выстрелы?

— Да. По-моему, стреляли несколько раз. Как раз после того, как мимо нашей лужайки проехала машина. В ней сидело двое мужчин.

— А Жак тоже их слышал?

— Наверное.

— А позже, когда он пришел, он ничего об этом не говорил?

— Нет, ничего. — Рита покачала головой. — Но как раз перед тем, как он пришел, мне показалось, что он с кем-то разговаривает. А почему вы спрашиваете? Он что-нибудь натворил?

— Нет, нет, ничего, — успокоил ее Латур. — Но мне бы хотелось с ним потолковать. Конечно, после того, как он проспится. Вполне возможно, ему известно нечто такое, что мне необходимо знать.