Однако, на мой взгляд, сила русского казачества всё-таки будет возрождена вместе с казачьей формой землевладения, с казачьей формой несения государственной службы. (А детские игры с выкапыванием нерусских корешков будут волновать только отдельных чудаков.)
Должно происходить наделение казаков землей на долгосрочной, лучше всего наследственной основе, однако без права ее продажи — при условии, что казачьи общества будут нести объединенную государственную службу: территориально-военную, пограничную, полицейскую, чиновничью, до определенной степени хозяйственную. Эта государственная служба будет сочетаться с исполнением общественных обязанностей на основе самоуправления. На уровне местных казачьих обществ будут определяться не только вопросы, относящиеся к хозяйственной сфере, но и к сфере несения полицейской и военно-территориальной службы. Сила казачьих обществ будет определять силу России на окраинах. Помимо земельного оклада служилые казаки должны получать финансовую и натуральную помощь от государства в ведении хозяйства и вооружении. Мы живем в век разделения труда и государству придется оплачивать услуги сторонних организаций, которые будут проводить казакам вспашку земли или жатву. (Кстати, казаки, не страдавшие от малоземелья и тратившие львиную долю времени на службу, в давние времена владели интересными сельскохозяйственными технологиями, в том числе использовали сев в стерню, без пахоты. Сейчас эта технологию снова возродили, и не только в Айове, но и у нас, в хозяйстве Шугурова.)