33. Истинное понимание философов будущими поколениями, возможно будет только тогда, когда по цепочке, в процессе живого общения, люди будут передавать эти знания (аналогично танцам народа). В противном случае мы будем читать только мертвые книги, которые не могут донести до читателя, то, как необходимо понимать написанное. Компьютеризация не способна передать того настроения, которое вложил философ в своей работе. Не в этом ли постепенное умертвление духа.

34. Любой философ начинается с соединения в себе интеллектуального онанизма и нарцисцизма.

35. Философские труды как памятники стоят, а общество тем временем идет по своему. Неверно, то, когда говорят, что философские труды определяют европейское мышление.

36. Причина деструктивности личности многих ученых-философов лежит в стремлении, с одной стороны, поспевать за наукой, с другой — за Богом.

37. Способность декларирования своего личного мнения как последней инстанции, пожалуй, является необходимым, но не достаточным условием становления настоящего философа.

38. Основным критерием истинности философии данного автора должно быть его отношение к своим творениям в состоянии пограничной ситуации (присмерти).

39. Возможно ли написание глубинных философских трудов в состоянии сытости и комфорта?

40. Некоторые молодые философы, не познав достаточно психологии себя и других, не созрев к глубинным философиям, начинают тянуться к ним. Они не видят то, что у них под ногами, то, что имеет место в них. А лезут “высоко за звездами” и начинают болеть манией величия.

41. Часто способность к предельно глубинному философскому мышлению подразумевает неспособность жить в реальном мире, то есть бесполезность личности. Истинный философ всегда беспомощен в традиционном понимании и всемогущ в нетрадиционном.

42. Философы-любители в большинстве своем читают философию эмоционально, без продуктивного мышления. Истинный философ должен возвышаться над своей деструктивностью, читать философию рационально. Эмоциональность философа-любителя может быть опасна для общества.