Цели, ради которых совершалась русская революция (уравнение людей в имущественном отношении) оказались призрачными: даже в бесклассовом обществе не замедлило произойти расслоение людей по принципу обеспеченности. Сама жизнь диктует девственно-справедливый принцип неравенства. Богатые и бедные всегда существовали и в одном и том же классе.

Справедливость требует неравенства для неравных, но такого неравенства, которое соответствовало бы неравенству людей. [24] Справедливость есть как раз искусство неравенства. [25] Справедливо, когда исходят не с позиции "для всех", а с позиции - "для каждого в особенности".

Поскольку безумно искать справедливости в ненависти (ненависть завистлива), то также безумно искать ее и в революции, потому что революция вся пронизана ненавистью и местью: она слепа, она разрушительна, она враг справедливого неравенства, она не чтит "высших способностей" (Достоевский Ф. М.). [26]

Для изживания имущественного дисбаланса из жизни необходимо идти не по пути насилия, а по пути неуклонного пересоздания самих себя в направлении роста справедливости, добра и искоренения человеконенавистнических тенденций. Это относится к обоим революционным группам, указанным в начале главы.

Да и стоило ли изыскивать пути? Ведь все это уже было.

То, что не удавалось ни одному из социалистов-утопистов, в полноте было достигнуто первохристианскими общинами. [27]

"Все верующие были вместе и имели все общее: и продавали имения и всякую собственность и разделяли всем, смотря по нужде каждого". (Деян. 2, 44-45).

"У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее.

Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного. И полагали к ногам апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду.