II. Здесь действовала иная, столь же исключительная, глубоко разъедающая наш государственный организм и к его гибели направленная болезнь.
Только при таком диагнозе возможно уразуметь весь трагизм событий.
Где же и в чём эта болезнь?
На собственной нашей земле — в еврействе.
У японцев нет или почти нет евреев, у нас же их, по крайней мере, восемь миллионов, т.е. больше, чем на всём остальном пространстве обоих полушарий. Представляя собой главные силы избранного народа, но действуя за одно с его сынами, рассеянными повсюду, еврейство ненавидит Россию, как непокорную ему державу, хотя под покровом её размножается и богатеет чрезмерно, уходить же отнюдь не желает, а потому стремится обратить её в новый Ханаан.
Смешно и преступно было бы отрицать это или, питая злорадство Израиля, даже перед такой опасностью закрывать глаза.
III. К своей цели евреи подвигаются обдуманно и неуклонно. Сам план кампании разработан получше японского.
А. Они завладели уже в России: её государственным и частным кредитом (большинство коммерческих кредитных учреждений, равно как почти все земельные, оперирующие, как известно, и в городах банки находятся в еврейских руках); многими железными дорогами, хлебной торговлей почти всецело, а мануфактурой, сахарной, чайной, лесной и некоторыми другими видами торговли и промыслов — в весьма значительной степени. В черте же своей оседлости они успели захватить всю вообще торговлю и промышленность.