- Но послушайте, как адъ-ю-тант светлей-шего, должны же вы были от него слышать его мысли вслух!.. А то мы ведь так и не знаем, можно ли нам, слабым существам, оставаться здесь, в Севастополе, или убираться отсюда, пока в нас не начали стрелять!.. Вон адмирал Корнилов свою Лизавету Васильевну еще в июле в Николаев отправил со всеми чадами... Правда, она ходила беременная пятым ребенком, ей всякая там эта стрельба с кораблей английских вредна, конечно... Ну, а для нас чем она может быть полезна?

В сияюще белом кителе, как, впрочем, и все другие офицеры в этом зале, молодой, ловкий и самоуверенный, хорошего роста и еще лучшего на вид здоровья, полковник Сколков, почтительно наклоняясь к адмиральше, но глядя больше на ее племянницу м-ль Катрин, отвечал, улыбаясь:

- Предосторожность, конечно, никогда не мешает, но князь даже и сегодня еще нам говорил, что он десанта союзников не ждет.

- Вот тебе раз: не ждет! Князь может его не ждать, разумеется, на то его воля, - однако известно ведь всем, что десант уже три дня стоит у Змеиного острова, - возмущенно пробасила адмиральша, оглянувшись при этом влево и вправо.

- Что же, что он стоит у Змеиного острова! - снова улыбнулся Сколков. - Постоит, может быть, и еще неделю, потом вернется опять в Болгарию.

- Что-о? Как вернется? - выкатила глаза адмиральша. - Зачем же он выходил в море, если вернется? Это, может быть, ваше личное мнение, а не князя?

- Да-а, между прочим князь высказывал и такое предположение, невозмутимо продолжал Сколков. - Есть известие, что армию просто вывезли из Варны, как из места, зараженного холерой.