Уэллинг тщательно ознакомился со всеми данными и выразил пожелание, чтобы его доставили туда, где было обнаружено тело матроса.

Полицейский инспектор проводил его в очень глухое место. Дорога проходила через глубокую лощину, именовавшуюся Чертовой Дырой.

- Здесь все это и произошло, - сказал полицейский инспектор и указал на кустарник, прилегавший к дороге.

Уэллинг долго осматривал место, на котором разыгралась загадочная драма.

- Вы лично тогда ознакомились с местом преступления? - спросил он полицейского.

- Да, - ответил полицейский.

- Вы не обнаружили никаких следов борьбы? Или какое-нибудь оружие?

- Нет, ничего подобного я не нашел. У меня сложилось мнение, что матроса доставили сюда уже без сознания, а смертельные удары были нанесены в другом месте.

- Это очень возможно, - сказал Уэллинг, и глаза его заблестели. - Кому принадлежит этот домик?

Инспектор сообщил, что видневшийся в отдалении домик принадлежит местному врачу.

- Он давно живет здесь?

- Пятнадцать или двадцать лет. Он сам выстроил этот дом.

И снова сыщик оглядел окрестность.

- А кому принадлежит тот дом? Он, кажется, пустует?

- Этот домик принадлежал одному адвокату, умершему несколько лет тому назад. С 1920 года там никто не живет.

- А сколько лет владел домом адвокат?

- Два года.

- А кто жил там до него?

- До него? - инспектор нахмурился, тщетно пытаясь вспомнить фамилию прежнего обитателя дома. - Вспомнил: он принадлежал некоему Гамону.

- Как? Ральфу Гамону?

- Совершенно верно. Этот Гамон впоследствии разбогател и составил миллионное состояние. Но в те времена, когда он еще не был богат, он обыкновенно проводил лето здесь.

- Так, так, - вежливо заметил Уэллинг. - Я не прочь был бы ознакомиться с расположением этого дома.

Тропинка, которая вела к дому, заросла, но когда-то за нею следили, потому что кое-где попадались ступеньки, облегчавшие подъем. Дом производил впечатление нежилого: окна были заколочены и повсюду виднелись пыль и паутина.