Быстро опустились сумерки. Падал снег. Ущелье улицы, стиснутое домами, в сугробах, с цепочкой бледных фонарей, казалось ненастоящим, нарисованным. Время текло медленно. Пробежала собачонка. Прошел дядька с елкой на плече. Сгустились сумерки. Снег сыпал, сыпал и сыпал.
Попов посмотрел на часы: без пяти шесть. Осталось десять-двадцать минут. Может, чуть больше. Он повернул ключ, и двигатель затарахтел. Он включил дворники и смахнул снег с лобового стекла. Сквозь очистившиеся сектора Попову хорошо был виден подъезд с двумя матовыми шарами светильников у входа и серая «вольво» Колобка. Из подъезда вышел Горилла – водитель и охранник Колобка. Вышел, зыркнул налево-направо и неторопливо подошел к машине.
Попов перегнулся через сиденье, достал сзади «сайгу», расчехлил и передернул затвор. С карабином в руках он выбрался из теплого салона, встал, опершись локтями на крышу машины и прильнул к прицелу. Оптика приблизила лицо Гориллы (в цвет кликуха), счищающего снег с «вольво»… Еще была возможность передумать. Сказать всем: пошли вы на…, сесть в машину, рвануть на вокзал, взять билет в Питер. И встретить Новый год дома, со Светланой, а не на нарах в обществе уголовников. Еще не поздно, майор. Решай. От тебя зависит.
…Распахнулась дверь, и из бани вышел Колобок – краснорожий, распаренный, с неприкуренной сигаретой во рту. До него было всего полсотни метров. Сквозь прицел было хорошо видно, как шевельнулись толстые губы Колобка – видно, сказал что-то Горилле… Ну, майор! Что будешь делать? Колобок вытащил зажигалку, поднес ее к кончику сигареты. Попов вдохнул и навел карабин на огонек зажигалки. Четырехкратное увеличение ПСО позволяло отчетливо видеть идеальный, ровный, желтый огонек. Пламя зажигалки погасло, кончик сигареты почернел и вспыхнул красной точкой. Колобок с видимым удовольствием затянулся и выпустил через ноздри две струйки дыма.
Сергей Попов нажал на спуск. Пуля калибра «семь, шестьдесят две» вылетела из ствола карабина со скоростью семьсот тридцать пять метров в секунду. Приклад привычно толкнул Попова в плечо. Пуля прошила пятьдесят метров темноты, начисто испарив в полете несколько снежинок, и вошла в левый глаз Колобка, а вышла из затылка за правым ухом и вдребезги разнесла шар-светильник.